Ход научно-технического развития детерминирован фактором случайности. Если бы Томас Эдисон не смог своевременно установить контакт с ключевым американским финансистом Джоном Морганом, электрификация городских пространств произошла бы со значительной задержкой. Успех Билла Гейтса с реализацией его программного обеспечения стал возможен благодаря связям родителей с топ-менеджером IBM. В России же процесс внедрения передовых разработок носит еще более непредсказуемый характер. Рынок, генерирующий колоссальные доходы в западных государствах, у нас до сих пор не обрел своих окончательных очертаний.
По данным Роспатента, количество регистрируемых в РФ изобретений сократилось почти в четыре раза по сравнению с периодом пятнадцатилетней давности, составляя в среднем 50 тысяч ежегодно. При этом доля изобретений, принадлежащих частным лицам, продемонстрировала значительный рост: если ранее она составляла всего 1 процент, то теперь достигла 40 процентов. Более того, по оценкам специалистов Регионального фонда содействия научно-техническому прогрессу, сегодня мотивацией для большинства изобретателей является последующее коммерческое применение их разработок. Вследствие этого все новые идеи максимально ориентированы на практическое применение. Однако до потребителя доходит лишь 4-6 процентов всех проработанных проектов. Причиной столь удручающей статистики эксперты называют то обстоятельство, что продвижением своих разработок занимаются сами их авторы. По мнению руководителей инновационных компаний, которых нам удалось опросить, «ученые — самые неэффективные менеджеры».
Снижение интереса к патентной деятельности некоторые аналитики связывают с высокой стоимостью оформления самих охранных документов. К тому же, в подавляющем большинстве ситуаций патент не представляет собой актив, который можно выгодно реализовать. Наличие патента никак не способствует успешному выводу нового продукта на рынок: конечного пользователя не волнует, защищен ли интересующий его товар патентом. Более того, патент является дополнительной статьей расходов, поскольку за его оформление необходимо платить.
Лишь единицам изобретателей удается успешно преодолеть все барьеры, которые предъявляются рыночной средой...
Врач Симкин и его соратники
Столичный специалист по заболеваниям позвоночника Дмитрий Симкин в 1996 году получил патент на своё детище — особый валик и ортопедическую подушку, призванные способствовать поддержанию верной осанки при работе за столом, тем самым повышая производительность труда. В 1998 году доктор Симкин зарегистрировал фирму под названием “Кипарис” и начал серийный выпуск своих ортопедических приспособлений, выпуская их под торговой маркой “Доктор Симкин”. Тем не менее, наладить эффективную реализацию продукта вышло не сразу. Ему потребовалось два года, чтобы самостоятельно выстроить систему распространения. Вначале лица, заинтересованные в покупке, не желали признавать достоинств данной разработки. "С представителями компаний и предприятий, с которыми мы вели переговоры, постоянно возникали различные возражения, — вспоминает Симкин. — Например, они заявляли, что забота о самочувствии персонала — это прерогатива самих сотрудников. Мол, если не желают страдать от недугов, то пусть приобретают всё необходимое из своего заработка. При таком уровне оплаты можно работать продуктивно и без наших валиков".
По убеждению Симкина, специалисты по подбору кадров просто игнорировали эту проблему. Оснащением офисов мебелью традиционно ведают завхозы, опираясь при этом лишь на собственные, понятные им одним, критерии. "В офисе толком нет никого, кто бы следил за эргономикой рабочего места", — отмечает автор изобретения. Впрочем, покупатели продукции Симкина в итоге нашлись. Проявили внимание к благополучию своих работников такие организации, как пивоваренный гигант “Вена”, российское отделение корпорации Abbyy и АО “Автоваз”. По информации Симкина, ежемесячный объем продаж валиков и подушек достигает примерно пятисот единиц.
Владимир Тихонов в свое время избрал путь внедрения ранее недостаточно востребованных оригинальных разработок, наладив на предприятии «Диод» выпуск «Люстры Чижевского» (идея принадлежит российскому ученому Александру Чижевскому), биоактивной добавки «Йод-актив» (плод изысканий Павла Флоренского) и прочих инновационных наименований. Товар, выпускаемый «Диодом», находит своего потребителя как через розничную сеть «Лавка жизни», так и посредством прямых продаж. Сам Тихонов занимает пост руководителя завода и принимает самое непосредственное участие в продвижении всего ассортимента.
В то время как трудности, с которыми сталкивается Симкин, коренятся в нежелании отечественных нанимателей проявлять заботу о благополучии своих сотрудников, Тихонов же вынужден бороться с препятствиями на уровне государственных структур: продвижение биологически активных добавок требует от него преодоления серьезного противодействия со стороны Министерства здравоохранения. «Министерству здравоохранения выгодно лоббировать реализацию импортных йодных препаратов, чья стоимость в разы превосходит наши отечественные формулы», – делился Тихонов в одном из телеэфиров. – «Более того, если предложенная разработка не приходится по вкусу какому-либо чиновнику, он приложит максимум усилий, дабы затормозить ее запуск».
Те незначительное число конструкторов, которым удается миновать все барьеры и запустить хоть как-то отлаженный производственный процесс, неизбежно сталкиваются с тяготами успеха — им приходится противостоять нелегальному применению своих изобретений. "Стоит только предложить нечто свежее, как реакция публики изначально отмечена скепсисом, — делится своей досадой Дмитрий Симкин. — И вот когда ты уже вложил колоссальные усилия и средства в создание, тестирование, вывод на рынок нового продукта и формирование интереса к нему, внезапно возникает множество "подпольных" изготовителей, которые просто присваивают результаты твоих стараний". По убеждению Симкина, оптимальным решением является ситуация, когда сам разработчик концентрируется на изобретательстве, а функции продвижения, сбыта и охраны прав интеллектуальной собственности делегируются профессионалам. Иными словами, каждый должен заниматься тем, в чем он компетентен. Это обеспечивает эффективное функционирование системы, что выгодно всем участникам: и изобретателю, и изготовителю, и продавцу, и покупателю.
Специалисты из Регионального фонда содействия научно-техническому прогрессу Санкт-Петербурга полагают, что если продукт нацелен на широкий круг покупателей, предприятию, внедряющему инновации, требуется обязательное наличие собственной структуры, отвечающей за маркетинг. В то же время, для реализации инновационных идей с высоким потенциалом прибыли, сфокусированных на специфических рыночных нишах, целесообразно привлекать экспертизу из венчурного сектора.
Теория вероятностей
Российский рынок венчурных инвестиций переживает этап становления. Лишь ограниченное число игроков активно занято этой деятельностью. Некоторые (такие, например, как «Рост Инвест» или Национальный венчурный фонд «Грин Грант») оперируют собственными средствами, направляя их в бизнес. Другие же (включая, скажем, «Фонд Бортника») используют государственное финансирование. При этом структуры вроде «Техноконсалт» и iPOWER выполняют функцию связующего звена между авторами инноваций и крупными финансовыми донорами.
Лишь немногие организации готовы взаимодействовать с частными лицами, не имеющими ни сформированной команды, ни проработанного бизнес-плана, но обладающими перспективной идеей. К числу таких исключений относится iPOWER, которая берет на себя роль своеобразного моста, соединяющего разработчика идеи с организаторами предпринимательской деятельности. Эта компания поддерживает партнерские отношения с рядом венчурных фондов, а также с частными инвесторами, известных как «бизнес-ангелы» – состоятельными гражданами, готовыми финансировать новые концепции или проекты.
Механизм их взаимодействия выстроен следующим образом: сначала компания и автор замысла заключают соглашение о конфиденциальности. После этого изобретателю предлагается выбор из двух моделей интеграции в проект: он может претендовать на долю в акционерном капитале специально учреждаемого фонда (вплоть до позиции председателя совета директоров) или, если он решает не участвовать непосредственно в управлении бизнесом, ему гарантируется получение фиксированного процента от чистой прибыли, объемов продаж или общей выручки.
Фирма "Техноконсалт" также взаимодействует с независимыми исследователями. Однако "Техноконсалт" склонен приобретать уже готовые к использованию разработки. Среди партнеров компании значатся МЧС России, Министерство сельского хозяйства и продовольствия Российской Федерации, американская СТВ Inc., а также южнокорейские гиганты LG и Samsung Electronics, наряду с десятком иных значимых корпораций и научно-исследовательских центров. Заказы на научные изыскания поступают от них, а "Техноконсалт" занимается поиском исполнителей. При этом сфера основной компетенции компании сосредоточена в химической, биологической, медицинской и физической областях. "Это рентабельный, но трудозатратный процесс, – отмечает глава "Техноконсалта" Сергей Симаранов. – Внедрение инноваций требует как минимум двух лет".
Не обходится и без курьезных случаев. "Был у нас случай, когда один из наших специалистов запатентовал медикамент на основе пиявок, – вспоминает Сергей Симаранов. – Китайские партнеры заинтересовались этой разработкой и предприняли попытку синтезировать препарат, используя местное сырье. Оказалось, что китайские пиявки для этих целей совершенно не подходят. В результате удалось выработать компромиссное решение: производство по разведению требуемых пиявок будет организовано в России, а из них лекарство станут производить уже в КНР".
Согласно имеющимся данным, отечественные венчурные фонды финансируют лишь примерно один процент из всех представленных им инициатив. Причем предпочтение отдается тем проектам, которые обещают немедленную и значительную доходность. Перспективы монетизации научных замыслов в России на текущий момент остаются довольно скромными.
Иван Гидаспич и Алексей Земцович
----------
Подборки :: Деньги • Наука • Оборудование • Технологии